Нацисты, пришедшие к власти в Германии, считали своей главной политической и идеологической задачей уничтожение Советского Союза.


Со дня начала Великой Отечественной войны прошло уже 85 лет. Кажется, что этого времени было вполне достаточно, чтобы во всех подробностях изучить её историю, дать ответ на самые трудные вопросы, разгадать все загадки. Однако нынешние дискуссии исследователей показывают, что данная тема до сих пор остаётся открытой. Накануне Дня памяти и скорби в редакции газеты «Красная звезда» за круглым столом встретились известные эксперты, чтобы обсудить некоторые проблемы, касающиеся оценки событий 1941 года.

Писатель Александр Бондаренко, открывая заседание круглого стола, предложил начать разговор с вопроса, который до сих пор интересует многих и даже вызывает споры: что именно на самом деле знало о грядущем нападении гитлеровской Германии руководство СССР, к чему оно готовилось?

Арсен Мартиросян, ветеран внешней разведки, автор многих документальных расследований событий Второй мировой войны, высказал мнение, что Сталин уже 14 февраля 1933 года понял, что примерно в 1941 году состоится нападение Германии. В этот день разведка Коминтерна предоставила ему стенограмму выступления Гитлера. Фюрер открытым текстом заявил своим военачальникам, тогда ещё генералам рейхсвера, что через шесть-восемь лет он будет готов сразиться за жизненное пространство на Востоке. Конечно, это не означает, что была получена точная дата. Но это первый известный факт, что советскому лидеру сообщили о намерениях главарей нацистской клики с указанием примерных сроков. В 1936 году стало известно и о подписанном Гитлером меморандуме об экономической подготовке к войне. Там указан конкретный срок: Гитлер поставил задачу – завершить подготовку экономики и армии к войне ровно через четыре года.

Политолог Владимир Ершов согласился с таким подходом. Сталин знал, руководство знало и вообще наша страна знала, что война неминуема. Уместно напомнить о знаменитой песне 1930-х годов: «Если завтра война, если враг нападёт». Так формировалось народное сознание. К началу войны порядка 2500 предприятий были эвакуированы из центральной части Советского Союза на Урал и в Сибирь. Они же не на ровном месте там появились! Их строили начиная с 1930-х годов. На востоке предприятия оборонки разворачивались уже на подготовленных площадках. А из-за рубежа, кстати, к нам тогда приглашались квалифицированные специалисты из ведущих стран мира. Это история ныне абсолютно открытая, но большинство об этом не знает…

По оценке Александра Колпакиди, издателя и историка спецслужб, наша Победа была выкована именно в начале 1930-х годов в ходе невиданной в истории человечества модернизации.

– Но что конкретно было известно о планах грядущей агрессии – в частности, о сроках нападения гитлеровской Германии на СССР? Ведь до сих пор бытует точка зрения – впрочем, наряду и с диаметрально противоположными утверждениями, что наша разведка буквально проспала это нападение, – продолжил разговор ведущий круглого стола.

– Да, к сожалению, некоторые исследователи обвиняют разведку в недалёкости, невнимательности к каким-то деталям, – отметил Арсен Мартиросян. – На самом же деле, как мне удалось вычислить сугубо статистически, разведка 143 раза указала перстом на июнь 1941 года, в том числе 20 раз точно назвала день нападения, а в двух или трёх случаях даже назвала час начала агрессии. То есть обвинять разведку в этих, как говорится, мнимых грехах никаких оснований нет.

– Я тоже суммировал количество сообщений, – подключился к разговору писатель Олег Хлобустов, автор многих работ по истории спецслужб. – Февраль – два сообщения от НКВД, март 1941-го – четыре сообщения: два от НКВД и два от НКГБ, и ещё 11 – от военной разведки. Всего же по линии Разведуправления РККА было 56 донесений, помещённых в перечень сообщений о планах нападения… В общем, разведка много раз называла точную дату нападения. Но почему, собственно говоря, Сталин колебался, даже когда наступило 16, 19 июня? Здесь работает так называемый у прогностиков и психологов эффект Эдипа. Какие даты назывались? Сначала март 1941-го, потом апрель, затем 15 мая. Как мы знаем, 15-е – абсолютно реальная дата, которая была назначена и которая была изменена в апреле 1941-го, после того как немцы решили поставить под свой контроль Югославию, в которой в марте армия свергла прогерманское правительство…

Писатель Константин Залесский, вице-президент Ассоциации историков Второй мировой войны, согласился с этим мнением:

– Конечно, Балканская кампания несколько оттянула начало вой­ны против Советского Союза, но это не было принципиальным…

– Кстати, я бы хотел напомнить, что мы до сих пор не знаем, кто организовал тот самый переворот в Югославии весной 1941 года, – добавил Александр Колпакиди. – Какую роль в нём сыграли Югославская компартия, Коминтерн, наши спецслужбы. А какова, непосредственно, роль Божина Симича из сербской организации «Чёрная рука» и Мустафы Голубича? И почему в Белграде на могиле Голубича написано «Герой СССР» – ведь в двухтомном биографическом словаре «Герои Советского Союза» его имени нет… В общем, остаются загадки. Ясно только, что переворот в Югославии отсрочил нападение на Советский Союз.

– Так что потом уже называются июньские даты: 15, 22, 23 и 25 июня. Все они в документах присутствуют, – указал Олег Хлобустов. – Интересен и календарь сообщений агентов берлинской резидентуры НКГБ СССР «Старшины» и «Корсиканца» – Харро Шульце-Бойзена и Арвида Харнака. Ознакомившись с ним, Сталин распорядился перепроверить полученные сведения и ещё раз доложить выводы – впоследствии этот документ стал доказательством того, что разведка НКГБ свою задачу выполнила. Эффективно работали и структуры НКВД. Транспортное управление, экономическое управление, пограничные войска тоже давали информацию об очень серьёзных приготовлениях к нападении. Можно ещё вспомнить и доклад начальника Разведуправления Генерального штаба Красной Армии генерала Голикова в Народный комиссариат обороны СССР, в Совет народных комиссаров и ЦК ВКП(б) от 20 марта 1941 года: «Высказывания (оргмероприятия) и варианты боевых действий германской армии против СССР». Очень интересный документ!

– Ещё раньше стало известно, что 2 июня 1940 года Гитлер сказал в ставке группы армии «А», что в ближайшее время Франция падёт и у него будут развязаны руки, для того чтобы разделаться с большевизмом на Востоке, – уточнил Константин Залесский.

Писатель Олег Козинкин, известный своими работами о событиях накануне и в первые дни Великой Отечественной войны, задал вопрос:

– Получается, что Сталин всё знает, но не верит? Или что? На стол ему легли почти полторы сотни сообщений о том, что война будет конкретно летом 1941-го. Чем ближе было к началу войны, тем сильнее сужался диапазон дат. Но какие же это были даты? Каких больше? Что мог из них понять руководитель страны?

– Только 18 июня разведслужбы СССР в своих сообщениях 10 раз зафиксировали 22 июня. Только за один день – 18 июня! – пояснил Арсен Мартиросян. – В моей книге «Накануне войны. Можно ли было избежать трагедии?» я описал 133 случая, когда наша разведка указывала июньскую дату. После издания книги удалось выявить ещё 10 случаев.

– Коллеги, не думаете ли вы, что эта дискуссия о работе разведки не совсем уже актуальна? – поинтересовался член научного совета Российского военно-исторического общества Юрий Никифоров. – Мне кажется, что благодаря нашим же многолетним усилиям миф о том, что советские разведслужбы всё проспали, полностью развеян, и мы давно убедились, доказали, что разведка выполнила свою задачу…

Итог разговора за круглым столом подвёл Константин Залесский, предложив оценивать события 85-летней давности с геополитической позиции:

– План германской агрессии был чётко сформулирован в «Майн кампф» Гитлера, то есть в 1925 году. Ранее это всё было в выступлениях с трибуны, а после продолжало неоднократно повторяться, причём открытым текстом. Национал-социалисты говорили, что им необходимо обрести жизненное пространство, которое нигде, кроме как на Востоке, они приобрести не смогут. Точка! Агрессия против Советского Союза была изначально предрешена – этакий, как говорили германские вожди, «крестовый поход против большевизма».

Между тем, если бы не было Советского Союза, социалистического государства, то агрессия против России всё равно была бы. С одной стороны, у нацистов циркулировала идея сокрушения большевизма, но с другой, они по своим человеконенавистническим идеологическим соображениям считали необходимым разгромить русских как народ, осуществить принудительное выселение за Урал или уничтожение десятков миллионов славян, присвоить Третьему рейху на востоке новое жизненное пространство… Чем завершился «Дранг нах Остен» («натиск на Восток». – Прим. ред.), нам хорошо известно.

Фото Анатолия Гаранина

Александр БОНДАРЕНКО

Александр РОБЕКА

«Красная звезда», 29 июня 2026 года

http://redstar.ru/germanskaya-agressiya-byla-predreshena/