Советско-японская война 1945 года занимает особое место в истории военного искусства. Отдельная глава в её проведении – подготовительный этап, реализованный в сложных военно-политических условиях.
Самурайское слово и дело
2 июля 1941 года в Японии на тайном совещании с участием императора принята «Программа государственной политики Японской империи в связи с изменением обстановки». Она стала основой для дальнейших разработок агрессивных планов.
В соответствии с этим документом японский генштаб и штаб Квантунской армии разработали план «Особые манёвры Квантунской армии» («Кантокуэн») о подготовке войны против СССР. Он предусматривал увеличение численности Квантунской армии в течение двух месяцев с 300 до 600 тысяч человек. В Японии и Северо-Восточном Китае (Маньчжурии) начался призыв резервистов. План «Кантокуэн» предусматривал и широкое использование русских белогвардейских организаций, находившихся в Маньчжурии. Их деятельность нацеливалась на активизацию шпионско-диверсионной деятельности и боевой подготовки белогвардейцев для участия в войне против СССР.
Заместитель военного министра генерал-лейтенант Кёдзи Томинага позже признал: «Мы предполагали, что СССР выведет свои войска с Дальнего Востока на западный фронт и Япония сумеет без больших потерь захватить Советский Дальний Восток».
В штабе Квантунской армии создали специальный отдел, в котором разрабатывалась система военного управления «в зоне оккупации территории СССР». Однако блицкриг по времени вышел за рамки германского плана.
4 сентября 1941 года Токио сообщил в Берлин: «Ввиду сопротивления, оказываемого русской армией такой армии как немецкая, японский генеральный штаб, по-видимому, не верит, что сможет достигнуть решительных успехов в борьбе с Россией до наступления зимы <…> Императорская ставка пришла в последние дни к решению отложить на время действия против СССР».
Успех Красной Армии в битве под Москвой охладил пыл самураев, но не заставил их отказаться от агрессивных планов. 3 декабря 1941 года Квантунской армии директивой императорской ставки поставили задачу: «В соответствии со складывающейся обстановкой осуществить усиление подготовки к операциям против России. Быть в готовности начать боевые действия весной 1942 года».
18 февраля 1942 года министерство по делам колоний и военное министерство Японии представило «План управления территориями в сфере сопроцветания Великой Восточной Азии», в том числе в советском Приморье, в Хабаровском крае, Читинской области и Бурят-Монгольской АССР. Документ гласил: «Приморье должно быть присоединено к Японии, районы, прилегающие к Маньчжурской империи, должны быть включены в сферу влияния этой страны, а Транссибирская дорога отдана под полный контроль Японии и Германии, причём Омск будет пунктом разграничения между ними».
Победы Красной Армии в войне с европейской немецко-фашистской коалицией заставили японских милитаристов корректировать свои агрессивные планы. Весной 1944 года японские военные впервые приступили к разработке оборонительного плана на случай войны с СССР. Квантунская армия после распоряжения о переходе к оборонительной стратегии действовала своеобразно. Она начала активную подготовку к нанесению массированных бактериологических, биологических и химических ударов по населённым пунктам СССР, в том числе с использованием насекомых, птиц, животных, доставляемых к цели авиацией, которые готовили соответственно отряды 731, 100 и 516.
К августу Квантунская армия имела в своём распоряжении миллион 400 тысяч человек, около семи тысяч орудий и миномётов, порядка 1,2 тысячи танков и две тысячи боевых самолётов. Её войска располагались в 17 мощных укрепрайонах общей протяжённостью около 800 км и глубиной до 50 км. Каждый из них состоял из трёх-семи узлов сопротивления, имевших по три-шесть опорных пунктов на господствующих высотах с перекрёстной огневой связью.
В Маньчжурии действовала развитая сеть железнодорожных и автомобильных дорог, а также более 200 аэродромов. В случае необходимости это позволяло японцам усилить группировку в Маньчжурии за счёт Суйюаньской армейской группы и Северо-Китайского фронта экспедиционных сил в Китае.
Стратегическая операция тыла
За время войны Япония совершила на границе с СССР 779 провокаций, 433 вторжения в его воздушное пространство, 116 обстрелов советской территории, забросила 206 крупных банд. Кроме того, игнорируя международные законы, задержала 178 советских судов. СССР вынужден был держать на Дальневосточном ТВД, по некоторым оценкам, до 30 процентов Вооружённых Сил.
Требовалось ликвидировать постоянную угрозу Дальнему Востоку. При этом СССР помнил про утраченные в ходе Русско-японской войны 1904–1905 годов территории: Южный Сахалин и острова Курильской гряды, обеспечивающие свободный выход в океан. На дипломатическом уровне Англия и США стремились забрать у Японии советские ключи от Тихого океана. Однако союзники осознавали, что без сухопутных операций в Маньчжурии не смогут победить Японию. Удалённость их морских баз от Дальневосточного ТВД делала практически невозможным проведение десантной операции и снабжение их группировки.
В январе 1945-го Верховный Главнокомандующий Иосиф Сталин дал наркому путей сообщения указания о подготовке железнодорожного транспорта к обеспечению боевых действий на Дальневосточном ТВД. Этому транспорту отвели главную роль в переброске войск от Берлина до Владивостока. Ставка ГКО реализовала комплекс мер, гарантирующий сосредоточение, развёртывание и обеспечение войск. В частности, для увеличения объёмов пропуска войск, следовавших походным порядком, на железнодорожных мостах укладывались деревянные настилы, по ним, не мешая движению поездов, проходила гусеничная и колёсная техника.
В ходе подготовки немало внимания уделялось и другим видам транспорта. В морских и речных портах освобождались склады, ремонтировались причалы и крановое оборудование. Суда приспосабливали для перевозки военной техники и грузов. Подготавливались баржи для наводки наплавных мостов (в том числе железнодорожных) и сборно-разборные причалы. Готовились автотранспортные войска – 35 отдельных автотранспортных батальонов фронтового и армейского подчинения, пяти автомобильных полков, трёх автобригад.
В мае 1945-го прибывшему в Москву специальному представителю президента США Гарри Гопкинсу Верховный Главнокомандующий Иосиф Сталин заявил: «Капитуляция Германии произошла 8 мая. Следовательно, советские войска будут находиться в полной готовности к 8 августа».
В это время уже шёл основной этап подготовки к войне с Японией. Он начался сразу после завершения Восточно-Прусской операции. На Дальний Восток прибыл новый главнокомандующий войсками генерал-полковник Васильев. Он знакомился с обстановкой, и к нему с докладами прибывали командиры соединений, частей. В форме генерал-полковника они видели начальника Генерального штаба – заместителя наркома обороны СССР Маршала Советского Союза Александра Василевского. Это лишь один из фактов соблюдения режима скрытности. Все должностные лица, так или иначе связанные с выполнением задачи по переброске войск, имели доступ к информации только в части, их касающейся.
На Дальневосточный ТВД перебрасывались армейские соединения, обладающие наилучшим боевым опытом. «Так, 5-я и 39-я армии, равно как и их командный состав, были передислоцированы из Восточной Пруссии, ибо они хорошо умели взламывать оборонительные полосы. 5-я армия предназначалась для действий на главном направлении 1-го Дальневосточного фронта. Вместе с 1-й Краснознамённой армией она должна была штурмовать укреплённую полосу Пограничненского, а затем особо сильного Муданьцзянского укреплённых районов. Задачей 39-й армии, вошедшей в состав Забайкальского фронта, являлся прорыв Халун-Аршанского и – совместно с 34-й армией – Хайларского укреплённых районов», – отмечал в мемуарах Маршал Советского Союза Василевский.
По приказу Ставки с 2-го Украинского фронта перебрасывались фронтовые, армейские управления и штабы. Ленинградский фронт отправил управления артиллерии, корпусов прорыва. Из состава 1-го Белорусского, бравшего Берлин, на восток ушли три бригады реактивной артиллерии. Из Московского военного округа перебросили две танковые бригады, находившиеся в резерве оперативного и Главного командования.
Кстати, историки установили, что, по данным японской разведки, эшелоны с 5-й армией не проходили по единственному через реку Амур железнодорожному мосту. Только в начале 1980-х, когда сняли покров тайны, стало известно – армия прошла в Приморье не по мосту над водной преградой, а под ней – по железнодорожному тоннелю длиной 7198 м с радиусами изгибов в некоторых местах до 1500 м.
Архивы свидетельствуют, разведка Японии не зафиксировала массовую переброску и не выявила районы сосредоточения войск Красной Армии. В итоге СССР перебросил на Дальний Восток 150 тысяч вагонов с войсками, вооружением, грузом и создал группировку: миллион 747 тысяч военнослужащих, свыше 26 тысяч орудий и миномётов (без зенитной артиллерии), 1852 самоходные установки, 3704 танка, 5368 самолётов, 93 боевых корабля основных классов и 78 подводных лодок.
25 июля 1945 года президент США Гарри Трумэн, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль и президент Китайского национального правительства Чан Кайши выдвинули Японии ультиматум с условиями капитуляции. Она его отвергла.
8 августа 1945 года народный комиссар иностранных дел СССР Вячеслав Молотов сделал японскому послу в Москве Наотакэ Сато заявление для передачи его правительству: «Учитывая отказ Японии капитулировать, союзники обратились к Советскому Правительству с предложением включиться в войну против японской агрессии и тем сократить сроки окончания войны, сократить количество жертв и содействовать скорейшему восстановлению всеобщего мира.
Верное своему союзническому долгу, Советское Правительство приняло предложение союзников и присоединилось к Заявлению союзных держав от 26 июля сего года.
<…> Советское Правительство заявляет, что с завтрашнего дня, то есть с 9 августа, Советский Союз будет считать себя в состоянии войны с Японией».
Юрий АВДЕЕВ, «Красная звезда», 8 августа 2025 года
